Пн-Пт, 9:00-18:00 +7 495 989 47 25

К вопросу о конституционности административного сноса самовольных построек (п. 4 ст. 222 ГК РФ) через призму института исковой давности

Автор: Алексей Юминов 
Старший юрист Юридической компании «Правовой центр «Два М»

По прочтении определения Конституционного Суда РФ от 27.09.2016г. «Об отказе в принятии к рассмотрению запроса группы депутатов Государственной Думы о проверке конституционности пункта 4 статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации» возникает то же ощущение, как при выходе из зала судебных заседаний кассации, в котором только что «сонный» состав судей засилил очевиднейшую несправедливость.

Основная причина отказа в принятии КС РФ запроса к рассмотрению, как следует из текста определения, - это тот факт, что принятие административным органом решения о сносе самовольной постройки не исключает возможности судебного контроля законности такого решения.

Так, КС РФ указывает: «Следовательно, лицо, осуществившее самовольную постройку, - поскольку оно ставится в известность о принятом решении – может прибегнуть к гарантированному ему способу судебной защиты путем оспаривания принятого органом местного самоуправления решения». На это якобы указывает и срок сноса, устанавливаемый в решении, который должен предоставлять возможность обращения в суд. Суд, в свою очередь, вправе принять обеспечительные меры и приостановить действие оспариваемого решения.

Казалось бы, постановление, с формальной точки зрения, правильное и логичное – и то, что права на самовольную постройку не возникают (п. 2 ст. 222 ГК РФ), поэтому лишения права собственности без решения суда не происходит, и то, что факт государственной регистрации права не препятствует квалификации такой постройки как самовольной (п. 23 постановления Пленумов ВС РФ, ВАС РФ от 19.04.2010г.). Ну и, действительно, никто не отнимал право на судебное обжалование незаконных решений, вместе с «незыблемым» правом на обеспечительные меры, которые, к слову, Арбитражный суд города Москвы не принял ни разу за все время рассмотрения дел об оспаривании постановления столичного правительства о сносе первых 104 построек[1].

Но не является ли еще одной конституционно охраняемой ценностью, на которую не грешно было бы обратить внимание, стабильность гражданского оборота и служащий ей институт исковой давности? В Определении от 24.06.2008 г. № 364-О-О Конституционный суд РФ посчитал, что исковая давность – та еще ценность, так как «имеет целью упорядочить гражданский оборот, создать определенность и устойчивость правовых связей, дисциплинировать их участников, способствовать соблюдению хозяйственных договоров, обеспечить своевременную защиту прав и интересов субъектов гражданских правоотношений, поскольку отсутствие разумных временных ограничений для принудительной защиты нарушенных гражданских прав приводило бы к ущемлению охраняемых законом прав и интересов ответчиков и третьих лиц, которые не всегда могли бы заранее учесть необходимость собирания и сохранения значимых для рассмотрения дела сведений и фактов; применение судом по заявлению стороны в споре исковой давности защищает участников гражданского оборота от необоснованных притязаний и одновременно побуждает их своевременно заботиться об осуществлении и защите своих прав».

Но органам исполнительной власти города Москвы, по всей видимости, вовсе необязательно своевременно заботиться об осуществлении и защите своих прав, поскольку федеральный законодатель, а за ним и КС РФ разрешили административной власти полностью избавиться от головной боли, связанной с нарушением срока исковой давности. Теперь сносить можно любые объекты, которые удовлетворяют требованиям п. 4 ст. 222 ГК РФ, независимо от того, когда истек срок для защиты нарушенного права публичного образования. Говоря это, держим в голове, что речь идет об объектах, которые пусть и находятся в различного рода охранных зонах, но не создают угрозу жизни и здоровью граждан – к тем срок давности не применялся и ранее (п. 22 постановления Пленумов ВС РФ, ВАС РФ № 10/22), и снести их через суд не составляло проблемы и до 01.09.2015г.

Для примера возьмем весьма распространенную ситуацию, когда срок исковой давности по сносу подлежит применению, - арендатор земельного участка, предоставленного для эксплуатации правомерного возведенного объекта недвижимости, построил на этом участке вопреки цели предоставления по договору аренды и без разрешения на строительство другой объект недвижимости, произвел его технический (кадастровый) учет и зарегистрировал право собственности в ЕГРП[2].

Напомню, что ранее Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ, а за ним и Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда РФ заняли достаточно жесткую позицию по поводу даты начала исчисления срока исковой давности по иску уполномоченного органа о сносе самовольной постройки: такой срок начинает течь с даты технического (кадастрового) учета здания, сооружения или регистрации права собственности на него (постановления Президиума ВАС РФ от 04.09.2012 № 3809/12 и от 18.06.2013г. № 17630/12, определение Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 14.07.2015г. по делу № 305-ЭС14-8858).

Не преследовал ли законодатель, вводя с 01.09.2015г. правила об административном сносе некоторых категорий объектов, цель устранить действие принципа ограничения ответственности некоторым периодом времени с даты совершения противоправного деяния (учитывая, что согласно позиции того же Конституционного Суда, выраженной в определении от 03.07.2007г. № 595-О-П, самовольная постройка – это правонарушение, а ее снос – санкция за такое правонарушение)[3]?

Что касается аргумента КС РФ о возможности судебного обжалования решения о сносе, то неужели его можно применить к приведенному доводу? Очевидно, что в предмет доказывания по заявлению об оспаривании входят лишь вопросы наличия у постройки статуса объекта самовольного строительства, его соответствия диспозиции п. 4 ст. 222 ГК РФ, а также соблюдения порядка принятия решения о сносе. Каким образом довод о том, что если бы Департаменту городского имущества г. Москвы пришлось обращаться в суд с иском о сносе, то ему было бы отказано по причине истечения срока исковой давности, имеет отношение к делу об оспаривании решения о сносе, учитывая, что законом не установлено право административного органа принять такое решение лишь в пределах определенного срока (административная давность)? И вообще, исковая давность – это инструмент защиты ответчика, а не истца; само по себе заявление истца об истечении срока давности абсурдно. Ссылаясь лишь на данный довод, лицо, инициировавшее процесс, получит гарантированный отказ в удовлетворении своих требований.

Исходя из сказанного, Федеральный закон от 13.07.2015 N 258-ФЗ, введший рассматриваемые изменения, можно смело называть «Законом об отмене исковой давности». Логичным продолжением данной политики явилось бы принятие закона, позволяющего изымать в административном порядке имущество, которое публично-правовые образования считают своей собственностью, в том случае если срок на обращение с виндикационным иском пропущен. Разумеется, Конституционный Суд РФ в отказном определении по жалобе на такой закон укажет на необоснованность доводов заявителя о неконституционности закона, поскольку, согласно его тексту, фактическое изъятие имущества может быть произведено лишь через 12 месяцев после принятия соответствующего решения, что дает право заинтересованному лицу обратиться в суд и доказать, что именно оно является собственником. Ну а если таких доказательств нет – то «на нет и суда нет»: другими словами, право собственности не возникло, и защищать, в целом-то, нечего.

Думаю, что вместо того чтобы «обходить» созданные им же законоположения о сроке исковой давности, законодателю следовало бы честно во всем сознаться и отменить срок давности по искам о сносе самовольных построек в охранных зонах, внеся изменения в ст. 208 ГК РФ - там, глядишь, можно было бы и судебный снос сохранить. Что касается КС РФ, то его в такой ситуации бояться бы тоже не пришлось – судя по последним годам, конституционный контроль уже давно имеет своей единственной целью идеологическое оправдание политики законодателя.


[1] http://www.rbc.ru/opinions/business/11/02/2016/56bc43749a794735617721d7

[2] Можно взять ситуацию и с арендой земельного участка не для целей эксплуатации недвижимости, но в таком случае ДГИ г. Москвы вправе расторгнуть договор и "прогнать" арендатора с участка, восстановив свое владение над участком. Владение правомерно возведенной недвижимостью придает ситуации ту пикантность, что лишить владения участком полностью не получится.

[3] Позиция КС РФ о квалификации санкции ст. 222 ГК РФ как ответственности за совершение правонарушения является спорной хотя бы потому, что в таком случае ответственность в виде сноса не могла бы возлагаться на лицо, которое приобрело самовольную постройку от застройщика-нарушителя, в то время как судебной практикой установлено обратное (п. 24 постановления Пленума ВС РФ, ВАС РФ № 10/22 от 19.04.2010г.). Вместе с тем, поскольку такая позиция высказана КС РФ, представляется возможным использовать ее для сопоставления с комментируемой позицией.

По всем вопросам, связанным с предоставлением услуг, просьба связываться по телефону: +7 495 989-47-25 или по e-mail: Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

Юридические услуги