Пн-Пт, 9:00-18:00 +7 495 225-74-27 | +7 495 225-74-28

Банкротство или исполнительное производство: возможности удовлетворения требований кредитора, обеспеченных залогом в силу ареста

ИСХОДНЫЕ ДАННЫЕ

Между Заказчиками (инвесторы) и Должником (застройщик) был заключён инвестиционный договор на постройку объекта коммерческой недвижимости. В связи с неисполнением Должником обязательства по вводу объекта в эксплуатацию в установленный срок договор был расторгнут в судебном порядке. Кроме того, в рамках самостоятельных производств были предъявлены исковые требования о взыскании неустойки и убытков в связи с расторжением инвестиционного договора.

На основании принятого судебного акта были выданы исполнительные листы каждому из трёх истцов. В рамках каждого исполнительного производства был наложен арест на возведённый в рамках исполнения инвестиционного договора объект незавершённого строительства (далее – «ОНС»); кроме того, было введено запрещение сделок в отношении недвижимого имущества, принадлежащего Учредителю должника (лицу, которому принадлежит непосредственный контроль над ведением бизнеса Должника). Сведения от аресте были внесены в ЕГРП лишь в отношении одного исполнительного производства (по исполнительному листу, выданному Заказчику1).

Известно, что у Должника и Учредителя должника также имеются иные кредиторы; их требования на момент написания заключения рассматривались судом. Данные требования проистекают из договора поручительства, заключённого Учредителем должника (на момент написания Заключения данная информация является неподтверждённой).

В рамках настоящего заключения анализируются возможности защиты интересов Заказчиков; устанавливаются возможности удовлетворения их материальных требований (размер которых значителен) за счёт известного имущества Должника либо за счёт имущества его Учредителя.

 

 

ВЫВОДЫ ПО ИТОГАМ ЗАКЛЮЧЕНИЯ

1. Требования Заказчиков могут быть удовлетворены:

  • в рамках дела о банкротства: по общим правилам распределения имущества между конкурсными кредиторами;
  • вне рамок дела о банкротстве:
     - путем продажи объекта незавершенного строительства или иного имущества должников (либо оставления его за собой) в исполнительном производстве;
     - путем добровольной передачи в качестве отступного имущества должников в счет долга.

2. Выбор между тем, будет ли происходить погашение долга в рамках исполнительного производства или банкротства, лишь частично зависит от Заказчиков, поскольку заявление о банкротстве может быть подано самим должником, а также конкурирующими кредиторами после вступления их судебных актов о взыскании в законную силу.

В таких условиях процедура реализации имущества на торгах судебным приставом-исполнителем может быть сорвана в любой момент, поскольку введение наблюдения автоматически приостанавливает исполнительное производство. Дальнейшие действия по реализации имущества могут осуществляться лишь после введения конкурсного производства в деле о банкротстве.

3. В случае погашения долга в ходе исполнительного производства, в том числе путем передачи Заказчикам имущества в качестве отступного, иные кредиторы будут иметь право на оспаривание погашения долга в рамках возбужденного ими дела о банкротстве. При удовлетворении их требований судом (вероятность чего достаточно высока) будет выдан исполнительный лист на истребование от Заказчиков вырученных от продажи недвижимости денежных средств или полученного имущества, а им самим будет предложено включиться в реестр требований кредиторов (не ранее возврата всего полученного в конкурсную массу). Распределение возвращенного имущества будет далее происходить по общим правилам о банкротстве.

Во избежание данной ситуации на практике встречается схема, при которой передача денег или иного имущества от должника происходит в пользу юридического лица (нового кредитора в силу цессии с первоначальными кредиторами), после чего имущество передается изначальным кредиторам, а юридическое лицо в сжатые сроки ликвидируется. В таких условиях оспаривание сделки по передаче имущества формально невозможно. Более подробно о данной возможности, порядке осуществления и ее рисках см. главу 1.

4. Введение банкротства может быть выгодно Заказчикам в связи со следующим:

  • конкурсные кредиторы получат право оспаривать поручительства, выданные Должником конкурирующим кредиторам (предположительно). В таком случае судебные акты, на которых основываются требования кредиторов, подлежат пересмотру, а их требования - исключению из реестра кредиторов (более подробно - см. п. 1 главы 2);
  • конкурсные кредиторы получают право оспаривать судебные акты, на которых основываются требования конкурирующих кредиторов (более подробно - см. п. 2 главы 2);
  • если иные кредиторы, у которых до сих пор отсутствуют вступившие в законную силу судебные акты, не успеют обратиться в суд до введения наблюдения, то им придется включаться в реестр на общих основаниях (без судебного акта), и у Заказчиков будет иметься возможность заявлять возражения по таким требованиям (для сравнения, данная опция недоступна при включении других кредиторов на основании судебного акта);
  • существует возможность обосновывать, что требования Заказчиков должны быть включены в реестр как обеспеченные залогом арестованного объекта недвижимости. В таком случае кардинально меняется расстановка сил в банкротном процессе: указанные кредиторы будут иметь право на получение 70% от стоимости объекта незавершенного строительства. Вместе с тем, в отсутствие сложившейся судебной практики нельзя переоценивать шансы на включение требований как залоговых (более подробно - см. главу 3);
  • арбитражный (финансовый) управляющий получит доступ ко всей документации должника, что позволит достоверно проверить наличие у должников (в том числе Учредителя должника) имущества в течение 3 лет до принятия заявления о банкротстве к производству суда. Если такое имущество будет обнаружено, то возможно оспаривание сделок по отчуждению активов и их возврат в конкурсную массу;
  • возможно привлечение к субсидиарной ответственности Учредителя должника по обязательствам Должника на сумму более ограничения, установленного договором поручительства, т.е. более ____ млн рублей (как контролирующего лица). Аналогичные обязательства могут быть возложены на генерального директора Должника, если банкротство компании имело место в связи с его действиями;
  • факт наличия заявления о банкротстве влияет на деловую репутацию и может мотивировать к поиску возможностей для погашения долга (касается, прежде всего, Учредителя должника как физического лица).

5. Введение процедуры банкротства может быть невыгодно Заказчикам лишь в том случае, если выполняются два условия:

  1. имеется возможность получить деньги или иное имущество в счет долга без банкротства (путем получения отступного, продажи на торгах или оставления имущества за собой);
  2. отсутствует риск последующего оспаривания таких действий в деле о банкротстве.

Между тем, абсолютно очевиден тот факт, что поскольку объект незавершенного строительства является наиболее дорогостоящим активом Должника, то его продажа, оставление за собой или передача как отступного в пользу Заказчиков не может остаться без ответной реакции со стороны конкурирующих кредиторов, чьи права в таком случае являются существенно нарушенными. Механизм их действий в таком случае также очевиден и заключается во введении процедуры банкротства.

Предполагать обратное, т.е. что продажа, оставление за собой или передача объекта как отступного не повлечет за собой дальнейшее оспаривание этих действий в рамках дела о банкротстве, можно лишь по трем причинам:

  1.  если исходить из презумпции неразумности конкурирующих кредиторов, которые "не догадаются" защитить свои права в установленном порядке, что вызывает большие сомнения;
  2. если будет заключено некое соглашение об установлении приоритета, в соответствии с которым конкурирующие кредиторы и Заказчики определят какой-то иной, отличный от пропорционального, порядок распределения денежных средств и имущества должников. Вместе с тем, данный механизм также означает отказ конкурирующих кредиторов от части ликвидного имущества, что в отсутствие экономических причин фактически является дарением и поэтому маловероятно;
  3. если будет отработана схема с привлечением в качестве "прокладки" - получателя денег или иного имущества - юридического лица, которое передаст все полученное Заказчикам, после чего ликвидируется (более подробно - см. главу 1). Данный вариант является жизнеспособным, однако потребует следующих формальных процедур: (1) процессуального правопреемства по решениям суда в пользу компании, (2) оформления замены взыскателя в исполнительном производстве, (3) утверждения мирового соглашения (в случае передачи имущества в качестве отступного). Вместе с тем, у взыскателей по-прежнему остается возможность не допустить погашения долга в рамках данной схемы, вовремя введя процедуру наблюдения и добившись приостановления исполнительного производства.

 

 

ГЛАВА 1. ПЕРСПЕКТИВЫ ОСПАРИВАНИЯ ДРУГИМИ КРЕДИТОРАМИ
удовлетворения требований Заказчиков до возбуждения дела о банкротстве

В качестве альтернативы введения банкротства в отношении Должника Заказчиками рассматриваются следующие варианты действий:

  • продажа имущества на торгах в рамках исполнительного производства;
  • оставление имущества за собой в связи с признанием торгов несостоявшимися;
  • предоставление недвижимости в качестве отступного на основании соглашения.

Вместе с тем, понятно, что при реализации любого из изложенных вариантов происходит нарушение интересов других кредиторов, мимо которых "уплывает" наиболее дорогостоящий актив должника.

При определенных условиях такие кредиторы вправе оспаривать совершенные сделки (действия) в рамках дела о банкротстве.

1. Касательно предмета оспаривания судебная практика исходит из следующего.

Согласно п. 1, 2 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", по правилам Закона о банкротстве могут оспариваться:

  • действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.);
  • действия по исполнению судебного акта, в том числе определения об утверждении мирового соглашения;
  • перечисление взыскателю в исполнительном производстве денежных средств, вырученных от реализации имущества должника;
  • оставление за собой взыскателем в исполнительном производстве имущества должника или залогодержателем предмета залога.

Следует отметить, что применительно к продаже имущества на торгах интересы кредиторов нарушает не сама продажа вещи (предполагается, что за нее покупателем уплачивается равноценное встречное предоставление), а перечисление вырученных денег взыскателю с депозитного счета судебного пристава-исполнителя.

Таким образом, судебная практика уже давно выработала способы возврата в конкурсную массу имущества должника, выбывающего самыми различными путями. Количество судебных актов по данным вопросам значительно в силу большой востребованности указанных норм на практике.

2. Последствием оспаривания сделок (действий) в деле о банкротстве является возврат всего полученного кредитором в конкурсную массу и включение кредитора в реестр на соответствующую сумму (не раньше фактического возврата имущества).

В дальнейшем распределение требований происходит в общем порядке, т.е. применительно к третьей очереди кредиторов - пропорционально размеру требований каждого из кредиторов (ст. 142 Закона о банкротстве). В случае если сделка оспаривается по квалифицированным ("недобросовестным") составам, то кредиторы по таким сделкам вовсе оказываются за реестром и лишены возможности участвовать в разделе имущественной массы должника (ст. 61.6 Закона о банкротстве).

3. Условия оспаривания погашения требований Заказчиков следует рассматривать через призму конкретных составов оспоримых сделок, предусмотренных Законом о банкротстве:

  • подозрительные сделки (ст. 61.2 Закона о банкротстве);
  • сделки с предпочтением (ст. 61.3 Закона о банкротстве).

3.1. Подозрительные сделки - это сделки, совершенные при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

Другими словами, подозрительной сделкой является такая передача должником имущества, при которой его рыночная стоимость существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств (п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве).

При этом в рамках подозрительных сделок выделяются:

  • простой состав (период подозрительности - 1 год до принятия судом заявления о банкротстве) (Здесь и далее под периодом подозрительности понимается промежуток времени между совершением сделки и принятием заявления о банкротстве. Если сделка находится за периодом подозрительности (например, совершена более 1 года назад на нерыночных условиях), то она не может быть оспорена);
  • квалифицированный состав (период подозрительности - 3 года до принятия судом заявления о банкротстве).

Квалифицированный состав характеризуется не просто нерыночными условиями сделки, но наличием цели причинения вреда имущественными правам кредиторов (п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве).

Существует целый ряд сложных тестов, установленных законом и судебной практикой, относительно доказывания наличия у кредитора цели причинения вреда другим кредиторам, в которых учитывается аффилированность кредитора, его осведомленность о недостаточности имущества должника, последующее поведение сторон и т.д.

Между тем, в данном случае нет необходимости подробно раскрывать эти критерии, поскольку разница в сроке 1 и 3 года при имеющихся условиях не имеет большого значения. Очевидно, что если иные кредиторы будут иметь желание оспорить передачу имущества Заказчикам, то они подадут заявления о банкротстве в течение года с момента перехода прав.

Основания для применения норм о подозрительных сделках будут иметь место в том случае, если будет доказано, что объект незавершенного строительства, переданный по отступному, стоил существенно больше, чем сумма требований Заказчиков.

Насколько нам известно, в ходе исполнительного производства ОНС был оценен в установленном порядке в _____ млн рублей.

Вместе с тем, в настоящее время сумма требований Заказчиков, установленная судебными актами, составляет ______ млн руб. В случае полного удовлетворения требований по довзысканию процентов и пеней сумма требований составит около _____ млн руб (совокупный долг Должника меньше, чем установленная в ходе оценки стоимость объекта незавершённого строительства, - прим.ред.).

Следовательно, исходя из имеющейся оценки, в случае передачи объекта строительства по отступному при отсутствии возмещения имеющейся разницы такое соглашение может быть признано недействительным, если заявление о банкротстве будет подано в течение 1 года со дня перехода права собственности.

Иной расклад будет иметь место в том случае, если будет доказано наличие неких иных обязательств Должника перед Заказчиками на сумму, составляющую разницу.

Следует отметить, что дата подписания договора об отступном юридического значения не имеет, поскольку, как было показано выше, в деле о банкротстве могут оспариваться не только договоры, но и действия по их исполнению (например, передача имущества в счет заключенного ранее договора купли-продажи). Срок оспаривания в таком случае исчисляется с даты государственной регистрации перехода права собственности.

Что касается получения денежных средств, вырученных от продажи в исполнительном производстве, а также оставления имущества за собой признаки подозрительности сделок отсутствуют(Учитывая, что оставление за собой в принципе невозможно без внесения на депозитный счет разницы между стоимостью имущества (за вычетом 25-% дисконта) и общим размером прав требования (п. 12 ст. 87 Закона об исполнительном производстве)).

3.2. Сделки с предпочтением - сделки, которая влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими, в частности, если сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с Законом о банкротстве (п. 1 ст. 61.3 Закона о банкротстве).

Другими словами, в отличие от подозрительных сделок, не требуется неравноценность обмена, важен сам факт передачи какого-то имущества в условиях наличия других кредиторов. В таких условиях любая (даже равноценная) передача имущества Должника Заказчикам, перечисление им денег, вырученных от продажи на торгах, или оставление имущества за собой по итогам несостоявшихся торгов могут быть оспорены в будущем деле о банкротстве.

Наиболее типичные примеры сделок с предпочтением - это операции банков, находящихся в преддверии отзыва лицензии, по взаимозачету кредитных долгов некоторых клиентов и их прав требования по счетам и вкладам. Несмотря на то, что зачитываемые требования равны по размеру, очевидно, что из состава конкурсной массы выбывают ликвидные требования по кредитам, в связи с чем такие сделки зачастую признаются недействительными, а "не успевшие " клиенты включаются в реестр требований кредиторов на сумму счетов (вкладов) на общих условиях.

Как и в случае с подозрительными сделками, выделяются:

Квалифицированный состав предполагает, что кредитору было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества (п. 3 ст. 61.3 Закона о банкротстве).

Как разъяснено в п. 12 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", "при решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. К числу фактов, свидетельствующих в пользу такого знания кредитора, могут с учетом всех обстоятельств дела относиться следующие: неоднократное обращение должника к кредитору с просьбой об отсрочке долга по причине невозможности уплаты его в изначально установленный срок; известное кредитору (кредитной организации) длительное наличие картотеки по банковскому счету должника (в том числе скрытой); осведомленность кредитора о том, что должник подал заявление о признании себя банкротом.

Получение кредитором платежа в ходе исполнительного производства, или со значительной просрочкой, или от третьего лица за должника, или после подачи этим или другим кредитором заявления о признании должника банкротом само по себе еще не означает, что кредитор должен был знать о неплатежеспособности должника".

Таким образом, вопрос о том, 1-месячный или 6-месячный срок должен применяться при оспаривании сделок с заинтересованностью, имеет творческий характер и требует активного доказывания со стороны кредитора, оспаривающего соответствующую сделку.

В настоящем случае отрицательным обстоятельством может сыграть то, что в рамках исполнительного производства направлялись запросы об имуществе должника, на которые получены ответы об отсутствии банковских счетов, иного недвижимого имущества, транспортных средств и т.д.

С другой стороны, требуется доказывание того, что Заказчикам было известно о наличии иных кредиторов. В отсутствие какой-либо переписки доказать данное обстоятельство достаточно сложно, поскольку сама по себе публикация судебных решений на сайтах судов не означает, что опубликованные сведения должны быть известны неограниченному кругу лиц (п. 12 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63, п. 95 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

4. Устранение рисков оспаривания передачи имущества заключается либо в достижении неких договоренностей с новыми кредиторами (что в отсутствие экономических причин маловероятно), либо в разработке схемы, при которой оспаривание будет существенно затруднено.

Так, как указывалось ранее, оспоримая сделка, в отличие от ничтожной, считается недействительной лишь в случае наличия вступившего в законную силу решения о признании ее недействительной (ст. 166 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 16 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 "если право на вещь, отчужденную должником по сделке, после совершения этой сделки было передано другой стороной сделки иному лицу по следующей сделке (например, по договору купли-продажи), то заявление об оспаривании первой сделки предъявляется по правилам статьи 61.8 Закона о банкротстве к другой ее стороне. Если первая сделка будет признана недействительной, должник вправе истребовать спорную вещь у ее второго приобретателя только посредством предъявления к нему виндикационного иска вне рамок дела о банкротстве по правилам статей 301 и 302 ГК РФ. В случае подсудности виндикационного иска тому же суду, который рассматривает дело о банкротстве, оспаривающее сделку лицо вправе по правилам статьи 130 АПК РФ соединить в одном заявлении, подаваемом в рамках дела о банкротстве, требования о признании сделки недействительной и о виндикации переданной по ней вещи; также возбужденное вне рамок дела о банкротстве тем же судом дело по иску о виндикации может быть объединено судом с рассмотрением заявления об оспаривании сделки - их объединенное рассмотрение осуществляется в рамках дела о банкротстве".

Другими словами, без признания первой сделки (между должником и первым кредитором) недействительной истребование имущества у последующего приобретателя невозможно.

Вместе с тем, в соответствии с п. 5 ч. 1 ст. 150 АПК РФ арбитражный суд прекращает производство по делу, если установит, что организация, являющаяся стороной в деле, ликвидирована.

Следовательно, в случае если к моменту предъявления иска об оспаривании сделки (не ранее введения конкурсного производства - ст. 61.9 Закона о банкротстве) организация - получатель имущества или денежных средств, будет ликвидирована, суд не сможет рассмотреть требование о признании сделки недействительной и, как следствие, в дальнейшем истребовать имущество от нового приобретателя.

Указанное подтверждается и судебной практикой:

Определение ВАС РФ от 07.02.2014 N ВАС-767/14 по делу N А31-3327/2011
"Установив, что на дату рассмотрения настоящего обособленного спора сторона сделки - покупатель, в отношении которой должником совершены оспариваемые действия, была ликвидирована, суд кассационной инстанции, руководствуясь пунктом 5 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, правомерно отменил состоявшиеся судебные акты и прекратил производство по заявлению конкурсного управляющего. При этом суд правильно исходил из того, что обособленный спор о признании недействительными на основании статей 61.2, 61.3 Закона о банкротстве действий должника по исполнению обязательства по договору купли-продажи нежилых строений и земельного участка от 22.03.2011 не может быть рассмотрен без участия контрагента по сделке, получившего исполнение от должника".

Таким образом, возможен следующий алгоритм действий:

Экономическая часть:

  1. Уступка прав требования Заказчиков, подтвержденных судебными решениями, контролируемому юридическому лицу на основании договоров цессии. Договором предусматривается обязанность юридического лица оплатить указанные права требования по номиналу или с дисконтом;
  2. Получение объекта незавершенного строительства или вырученных от его продажи средств юридическим лицом;
  3. Передача имущества или денежных средств Заказчикам в счет обязанности юридического лица по оплате прав требования;
  4. Ликвидация юридического лица.

Юридическая часть:

  1. Оформление процессуального правопреемства в районном суде в связи с уступкой прав требования на юридическое лицо, вынесение определения о процессуальном правопреемстве (ст. 44 ГПК РФ). Срок рассмотрения заявления законом не установлен;
  2. Оформление замены взыскателя с Заказчиков судебным приставом-исполнителем на основании определения суда (ст. 52 Закона об исполнительном производстве);
  3. Оформление транзакции по передаче имущества или денег:
    - при продаже на торгах или оставлении за собой - принятие соответствующих актов о распределении средств или о передаче имущества судебным приставом-исполнителем, государственная регистрация перехода права собственности;
    - при отступном - заключение мирового соглашения на стадии исполнительного производства и его утверждение районным судом.
  4. Передача имущества Заказчикам или иным контролируемым ими компаниям;
  5. Ликвидация юридического лица (ст. 64 ГК РФ):
    - принятие участниками решения о ликвидации, назначение ликвидационной комиссии (ликвидатора);
    - уведомление налогового органа о принятом решении, публикация в журнале "Вестник государственной регистрации" дважды извещения о ликвидации. Извещения публикуются с интервалом в 1 месяц + еще 1 месяц кредиторам дается на предъявление требований после второго извещения;
    - составление и утверждение промежуточного ликвидационного баланса;
    - расчеты с кредиторами (прежде всего, налоговыми органами, при наличии обязательств);
    - составление и утверждение ликвидационного баланса;
    - государственная регистрация прекращения юридического лица в налоговом органе.

Длительность предложенной процедуры в данном случае может соперничать с длительностью банкротной процедуры между подачей заявления о банкротстве и введением конкурсного производства, дающего право оспаривать сделки (кроме случая банкротства в порядке ликвидации, где процедура наблюдения не применяется), в связи с чем на данном этапе затруднительно ответить на вопрос о том, "успеет" ли данная схема быть реализованной.

 

 

ГЛАВА 2. СПОСОБЫ ОСПАРИВАНИЯ ТРЕБОВАНИЙ КРЕДИТОРОВ,
подтвержденных вступившими в силу судебными актами

Законодательство предусматривает два возможных способа противодействия кредиторам, включающимся (или уже включенным) в реестр кредиторов должника на основании судебных актов.

  1. Оспаривание сделок, на основании которых вынесены акты о взыскании денежных средств с должника, в рамках дела о банкротстве;
  2. Оспаривание самих судебных актов, на основании которых происходит включение в реестр кредиторов.

Вне рамок дела о банкротстве возможность противодействия судебным актам, вынесенным в пользу конкурирующих кредиторов, отсутствует.

В частности, статья 166 Гражданского кодекса РФ (в ред. от 01.09.2013г.) позволяет оспаривать сделки только ее сторонам, а также лицам, напрямую указанным в законе (например, прокурору). Закон не называет в качестве лиц, уполномоченных на обращение с иском, иных кредиторов должника, поэтому в настоящее время Заказчики не имеют права на обращение в суд с требованием о признании недействительными договоров, заключенных между Должником и третьими лицами.

Аналогичным образом, не обладают кредиторы правом обжалования судебных актов, вынесенных по спорам между должником и его контрагентами. Пока арбитражным судом не установлены признаки несостоятельности должника, предполагается, что имущества должника достаточно для удовлетворения требований всех кредиторов, поэтому доводы о нарушении прав будут отклонены судами, а производство по апелляционной или кассационной жалобе - прекращено.

Что касается дела о банкротстве, то в его рамках правом противодействия по обоим изложенным выше сценариям наделены как арбитражный управляющий, так и конкурсные кредиторы. Конкурсные кредиторы вправе оспаривать сделки в деле о банкротстве, если размер их требований составляет не меньше 10 процентов от общего размера требований кредиторов, включенных в реестр, без учета требований кредиторов, чьи права оспариваются (ст. 61.9 Закона о банкротстве).

Таким образом, Заказчики будут иметь право оспаривать договоры поручительства и обжаловать "чужие" судебные акты вне зависимости от того, кто будет являться арбитражным управляющим, а также независимо от соотношения размера своих требований и требований других кредиторов.

При рассмотрении способов противодействия мы исходим из того, что требования иных кредиторов к Должнику основаны на договорах поручительства по личным обязательствам его Учредителя.

Соответственно, законодательство и судебная практика будут анализироваться через призму оспаривания именно поручительства, которое имеет некоторую специфику.

Так, при выдаче поручительства отсутствует эквивалентный обмен с конкурсной массой, характерный для исполнения общехозяйственных договоров (поставка, подряд и т.д.). Как результат, зачастую имеет место ситуация, при которой на определенную дату у должника, находящегося в предбанкротном состоянии, имеется значительное количество дебиторов, предоставивших что-либо в массу (товары, работы, услуги) и ожидающих оплаты, однако должник неожиданно поручается по обязательствам третьего лица на сумму, предел которой законом не ограничивается (Особенно в этой связи интересен вступивший в силу с 01.06.2015 г. пункт 3 статьи 361 ГК РФ о "тотальном поручительстве", т.е. обязанности поручителя отвечать по всем текущим и возможным будущим долгам какого-либо лица. Теоретически возможно выдать поручительство по всем долгам АО "Газпром" или какой-либо банкротящейся кредитной организации, полностью лишив всех остальных, "нормальных" кредиторов возможности получить удовлетворение из конкурсной массы).

Изложенное обстоятельство, как нам кажется, является причиной настороженного отношения банкротных судей к поручительствам должников на значительные суммы, что создает благоприятные предпосылки для обжалования таких договоров.

Наконец, что касается такого способа защиты прав Заказчиков, как возбуждение уголовного дела в отношении Учредителя должника, то вынесение приговора по уголовному делу, в рамках которого будет установлено изготовление договоров поручительства "задним числом" либо их заключение с целью нарушения прав Заказчиков может существенно упростить реализацию каждого из двух предложенных вариантов, однако самостоятельным способом противодействия не является (в любом случае, потребуется использование одного из названных способов защиты).

В отсутствие вступившего в силу приговора суда один лишь факт наличия уголовного дела против Учредителя должника не является решающим фактором для целей защиты прав Заказчиков.

1. Оспаривание договоров поручительства в деле о банкротстве

Законодательство о банкротстве предусматривает возможность признания сделок недействительными по следующим составам оспоримых сделок:

  1. подозрительные сделки с неравноценным встречным предоставлением (обычный состав, п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве);
  2. подозрительные сделки с целью причинения вреда другим кредиторам (квалифицированный состав, п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве);
  3. сделки с предпочтением (обычный и квалифицированный составы - соответственно п. 1, п. 3 ст. 61.3 Закона о банкротстве) (Более подробно о данных составах - см. главу 1).

Кроме того, в деле о банкротстве имеется возможность ссылаться на ничтожность сделок как совершенных с целью злоупотребления правом на основании ст. 10, 168 Гражданского кодекса РФ (п. 4 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)").

Применительно к рассматриваемой ситуации:

  • признаки предпочтительности отсутствуют, поскольку удовлетворение требований поручителей не состоялось;
  • поскольку поручительство не предусматривает какого-либо встречного исполнения, его оспаривание как обычной подозрительной сделки на основании п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве невозможно (п. 8 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63).

Таким образом, в имеющихся условиях договор поручительства может быть оспорен либо как подозрительная сделка, направленная на причинение вреда кредиторам (п. 2 ст. 61.3 Закона о банкротстве), либо как ничтожная сделка, совершенная с целью злоупотребления правом (ст. 10, 168 ГК РФ).

Как будет показано дальше, предмет доказывания в обоих случаях фактически совпадает, в связи с чем имеет смысл ссылаться на оба указанных состава недействительности.

1. Подозрительная сделка с целью причинения вреда

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Таким образом, для признания договора поручительства недействительным по ст. 61.2 Закона о банкротстве необходимо доказать 3 обстоятельства:

  • сделка совершена с целью причинения вреда кредиторам;
  • такой вред действительно причинен;
  • другая сторона знала о наличии противоправной цели к моменту совершения сделки (п. 5 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63).

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, в том числе, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества + стоимость принятых в результате сделки обязательств составляет 20 или более процентов от балансовой стоимости активов должника на последнюю отчетную дату до совершения сделки (абз. 2-3 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве).

В силу ст. 2 Закона о банкротстве:

  • недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника;
  • неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Предполагается, что другая сторона знала о цели причинения вреда, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника (абз. 1 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве).

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств (п. 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63).

Изучение судебной практики по данному вопросу показывает, что суды по-разному подходят к вопросу о стандарте осмотрительности контрагента, не являющегося аффилированным с должником лицом, при заключении договора поручительства.

Наиболее простой является ситуация, при которой из договора напрямую следует, что кредитор ознакомился с бухгалтерской и иной финансовой отчетностью, либо имеется обязанность по регулярному предоставлению ему такой документации. Очевидно, что в таком случае кредитор мог знать о недостаточности имущества или неплатежеспособности должника, если представленная документация предусматривала такие сведения (п. 12.2 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63).

Гораздо более интересны рассуждения судов о том, является ли частью нормального (принятого в обороте) поведения кредитора ознакомление с финансовой отчетностью поручителя в том случае, если договор напрямую такой обязанности не содержит.

Так, в постановлении от 16.02.2015 по делу N А40-78154/12 Арбитражный суд Московской области указал следующее:

"ООО "Мьюзик Уорлд" приобретая у должника права требования, действуя добросовестно и разумно, с учетом размера приобретаемых прав - 358 932 441,47 рублей должно было запросить копию бухгалтерской отчетности должника на дату предшествующую дате совершения сделки, а также предпринять иные меры с целью установления финансового состояния должника".

В постановлении ФАС Московского округа от 30.01.2014 по делу N А40-130049/2011 содержится следующий вывод:

"Довод заявителя жалобы о том, что при заключении договора поручительства банк не обязан был осуществлять действия по мониторингу сведений о банкротстве должника, подлежит отклонению, так как при совершении любой сделки по выдаче кредита, а также сделок, обеспечивающих возврат кредита, банк-кредитор, как правило, в целях должной заботливости и осмотрительности и с тем, чтобы исключить совершение сделки, которая впоследствии может быть оспорена, должен проверять платежеспособность и надежность заемщиков, поручителей и залогодателей, с которыми совершаются денежные сделки".

Аналогичный вывод приведен в постановлении ФАС Московского округа от 30.05.2013 по делу N А41-14628/11:

"Более того, заключая спорный договор и анализируя балансы должника, компания должна была установить признаки недостаточности его имущества, учитывая, что размер обязательств по договорам поручительства составлял 257 739,35 тыс. руб., в то время как стоимость активов завода, согласно бухгалтерскому балансу по состоянию на 31.09.2010, составляла 546 367 тыс. руб."

Между тем, данная практика не является единообразной. Зачастую суды отказывают в удовлетворении требований, ссылаясь на то, что доказательств осведомленности кредитора о наличии у поручителя признаков несостоятельности или неплатежеспособности не представлено (т.е. фактически признавая, что обязанности ознакомиться с финансовой документацией у кредитора перед принятием поручительства нет) - напр., постановление Арбитражного суда Московского округа от 20.01.2016 N Ф05-16963/2015 по делу N А40-142779/2014.

Спецификой рассматриваемого дела является то, что кредиторами формально выступают физические лица, стандарт поведения которых обычно оценивается судами более свободно, чем для профессиональных инвесторов, что может затруднить оспаривание сделок.

Таким образом, перспективы оспаривания договоров поручительства зависят от следующих обстоятельств:

  • имел ли Должник на момент выдачи поручительств признаки несостоятельности или неплатежеспособности;
  • имеются ли доказательства (прямые или косвенные) осведомленности кредиторов, принявших поручительства, о признаках несостоятельности или неплатежеспособности. Если таких доказательств не имеется, то оспаривание сделки будет зависеть от субъективного усмотрения суда о стандарте осмотрительности физического лица-инвестора.

Относительно применения ограничительного срока на оспаривание сделки ("периода подозрительности") следует отметить следующее.

Как было показано выше, поручительство может быть оспорено на основании ст. 61.2 Закона о банкротстве в том случае, если оно было выдано не ранее 3 лет до даты принятия заявления о банкротстве к производству.

Вместе с тем, данное обстоятельство не препятствует доказыванию того, что фактически договор поручительства был изготовлен позднее, например, непосредственно перед обращением в суд с иском о взыскании и при наличии просроченного долга. Если данный факт будет доказан, то одновременно решается вопрос о знании контрагента относительно цели причинения вреда Заказчикам, поскольку в таких условиях злонамеренность соглашения сторон становится очевидной.

На необходимость уделять внимание давности изготовления документов в деле о банкротстве указано в п. 26 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве".

С процессуальной точки зрения, доказывание подложности осуществляется путем заявления о фальсификации (ст. 161 АПК РФ) и проведения судебной экспертизы по вопросу определения давности изготовления документа (ст. 82 АПК РФ).

При наличии заявления о фальсификации суд предлагает ответчику исключить копию договора поручительства из доказательств по делу (что равносильно удовлетворению иска), а в случае отказа обязывает его представить оригинал в материалы дела. Непредставление оригинала договора в отсутствие уважительных причин означает неопровержение доводов истца о фальсификации (ст. 65 АПК РФ), и соответствующий факт считается доказанным.

Вместе с тем, если договоры поручительства действительно были заключены более 3 лет назад, то их оспаривание как подозрительных сделок невозможно. Однако в таком случае не исключается подача иска о признании договора недействительным как совершенного с целью злоупотребления правом (ст. 10, 168 ГК РФ), для которого 3-летний "срок подозрительности" не установлен.

2. Сделка, совершенная со злоупотреблением правом (ст. 10, 168 ГК РФ)

В соответствии со ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Нарушение явно выраженного запрета на злоупотребление правом, вкупе с ущемлением при этом прав и законных интересов третьих лиц, влечет за собой ничтожность соответствующей сделки на основании п. 2 ст. 168 ГК РФ (п. 7 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Обязательным условием оспаривания договора на основании ст. 10 ГК РФ является осведомленность другой стороны о цели злоупотребления правом (п. 9 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации", определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ № 308-ЭС15-1607 от 28.12.2015г.).

Таким образом, предмет доказывания по искам о признании сделки ничтожной на основании ст. 10 ГК РФ и признании подозрительной сделки недействительной (п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве) фактически совпадает: требуется доказать наличие цели нарушения прав третьих лиц, а также осведомленность контрагента должника о такой противоправной цели.

Как следует из текстов судебных актов, в обоснование доводов об оспаривании поручительств истцы ссылаются, как правило, одновременно и на ст. 61.2 Закона о банкротстве, и на статьи 10, 168 ГК РФ.

Между рассматриваемыми двумя составами может быть обнаружено следующее различие:

  • сделки по ст. 10 ГК РФ могут быть обжалованы в пределах общего срока исковой давности, который составляет 3 года с момента, когда истцу должно было стать известно о наличии такого договора и нарушении своих прав;
  • в ст. 10 ГК РФ не установлены презумпции цели причинения вреда и осведомленности кредитора. С учетом целей этих презумпций (облегчение доказывания), а также отсутствия "ограничительного" 3-летнего срока для оспаривания сделок, обоснование злоупотреблений по ст. 10 ГК РФ, с точки зрения теории, должно быть более сложным для истцов, чем по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве. Вместе с тем, на практике какого-либо четкого разграничения в предмете доказывания не обнаружено;
  • сделки по ст. 61.2 Закона о банкротстве являются оспоримыми, то есть, они являются недействительными лишь при наличии вступившего в законную силу судебного акта о признании их недействительными. Следовательно, при обжаловании судебных актов, принятых в пользу других кредиторов, возможна ссылка лишь на ст. 10, 168 ГК РФ (см. раздел 2).

Ничтожность договора поручительства может быть обоснована, в частности, при доказанности одного из следующих сценариев злоупотребления:

  • долговые обязательства, которые обеспечены выданным поручительством, никогда не существовали, т.е. денежные средства в заем Учредителю должника никогда не передавались; либо
  • долговые обязательства Учредителя должника на данную сумму существовали, однако поручительство было выдано Должником после заключения договоров с Заказчиками не для целей обеспечения возврата кредита, а для контролирования хода банкротства и причинения им вреда. При этом также следует исходить из необходимости наличия признаков недостаточности имущества или неплатежеспособности должника на дату выдачи поручительств (см. п. 1.1 данного раздела).

Примеры практики арбитражного суда:

Постановление Президиума ВАС РФ от 27.11.2012 N 11065/12 по делу N А71-6742/2011

В данном случае суд апелляционной инстанции установил, что на момент авалирования векселей (прим. Авалирование векселей является выдачей поручительства по вексельному долгу) концерн "Ижмаш" (векселедатель) и общество "Ижмашэнерго" (авалист) уже отвечали признакам неплатежеспособности, что исключало удовлетворение вексельного требования в обычном порядке как векселедателем, так и авалистом. При этом размер дополнительно принятых обществом "Ижмашэнерго" по вексельным поручительствам обязательств многократно превышал стоимость активов авалиста. Суд апелляционной инстанции не усмотрел оснований выдачи авалей - какой-либо экономической или иной цели, достижению которой могли бы служить сделки по выдаче вексельных поручительств. В результате совершения сделок по авалированию непосредственно в преддверии банкротства общества "Ижмашэнерго" кредиторы последнего лишались части того, на что они рассчитывали при должном распределении конкурсной массы.

При таких обстоятельствах, исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов общества "Ижмашэнерго", суды апелляционной и кассационной инстанций обоснованно признали недействительными сделки по авалированию векселей, направленные на безосновательное принятие обществом "Ижмашэнерго" долговых обязательств во вред его кредиторам (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Постановление Арбитражного суда Московского округа от 12.03.2015 по делу N А41-70312/2013:

"При этом суды исходили из того, что ООО "Фокар" заключило с ОАО "НОТА-Банк" договоры поручительства, в соответствии с которыми ООО "Фокар" обязалось отвечать перед ОАО "НОТА-Банк" за исполнение обязательств ООО "НОТА-Лизинг" по кредитным договорам, обязательства по которым не были исполнены, при этом кредитные договоры заключены в период с 2010 года по март 2013, а все договоры поручительства заключены в одну дату - 05.11.2013.

При этом суды также установили, что на момент заключения договоров поручительства финансовое состояние должника характеризовалось как неплатежеспособное; до заключения названных договоров поручительства у должника уже имелись неисполненные обязательства перед ОАО "Сбербанк России", ООО "НОТА-Лизинг", требования которых, впоследствии были включены в реестр требований кредиторов должника; ОАО "НОТА-Банк", как кредитная организация, знало, ему было известно о финансовом положении должника.

Учитывая изложенное, суды первой и апелляционной инстанций сделали правильный вывод о том, что при заключении договоров поручительства имело место недобросовестное поведение в ущерб интересам общества и его добросовестным кредиторам, которое привело к увеличению кредиторской задолженности, причинению вреда имущественным правам кредиторов, свидетельствует о злоупотреблении правом".

По данной категории дел также имеется значительная положительная судебная практика в окружном суде Московского округа (постановления ФАС Московского округа от 04.06.2014 N Ф05-5442/2013 по делу N А40-58574/2012, от 30.09.2013 по делу N А40-133355/2012 и др.).

Вместе с тем, как и в случае с оспариванием сделок по ст. 61.2 Закона о банкротстве, уже на данном этапе понятно, что наиболее важными вопросами по делу будут являться: 1) наличие признаков недостаточности имущества или неплатежеспособности должника на дату выдачи поручительств; 2) доказывание осведомленности Конкурирующих кредиторов о фиктивности (неисполнимости) выданного поручительства и цели причинения вреда другим кредиторам.

Таким образом, перспективы оспаривания договоров поручительства по ст. 10, 168 ГК РФ зависят от установления тех же обстоятельств, что и при оспаривании подозрительной сделки (п. 1.1 настоящей главы).

2. Оспаривание судебных актов

1. Возможность оспаривания судебных актов конкурсными кредиторами напрямую законодательством не закреплена.

Напротив, общие режимы ст. 42 АПК РФ закрепляют, что обжалование допускается лишь лицами, о правах и об обязанностях которых принят судебный акт. В рассматриваемом случае судебный акт затрагивает права и законные интересы других лиц не непосредственно, а косвенно и напрямую о них не высказывается, поэтому его обжалование происходит не по правилам статьи 42 АПК РФ (постановление Президиума ВАС РФ от 22.04.2014 N 12278/13), а в силу общих представлений о праве на судебную защиту и непротивопоставимости судебных актов лицам, не участвовавшим в деле (п. 6 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 26.05.2011 N 10-П).

Обжалование "чужих" судебных актов конкурсными кредиторами стало возможным в арбитражных судах исключительно благодаря сложившейся судебной практике, а именно пункту 24 постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", в котором дословно сказано следующее:

"Если конкурсные кредиторы полагают, что их права и законные интересы нарушены судебным актом, на котором основано заявленное в деле о банкротстве требование (в частности, если они считают, что оно является необоснованным по причине недостоверности доказательств либо ничтожности сделки), то на этом основании они, а также арбитражный управляющий вправе обжаловать в общем установленном процессуальным законодательством порядке указанный судебный акт, при этом в случае пропуска ими срока на его обжалование суд вправе его восстановить с учетом того, когда подавшее жалобу лицо узнало или должно было узнать о нарушении его прав и законных интересов. Копия такой жалобы направляется ее заявителем представителю собрания (комитета) кредиторов (при его наличии), который также извещается судом о рассмотрении жалобы. Все конкурсные кредиторы, требования которых заявлены в деле о банкротстве, а также арбитражный управляющий вправе принять участие в рассмотрении жалобы, в том числе представить новые доказательства и заявить новые доводы. Повторное обжалование названными лицами по тем же основаниям того же судебного акта не допускается".

В судах общей юрисдикции схожий ответ дан в Обзоре судебной практики N 3, утв. Президиумом Верховного Суда РФ от 25.11.2015 г.

"ВОПРОС 8. Вправе ли конкурсные кредиторы должника, уполномоченный орган и арбитражный управляющий обжаловать судебный акт суда общей юрисдикции, на котором основано заявленное в деле о банкротстве требование другого кредитора?

ОТВЕТ. Федеральный закон от 26 октября 2002 г. N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) наделяет конкурсных кредиторов, уполномоченный орган и арбитражного управляющего правом заявлять возражения относительно требований других кредиторов, предъявленных в деле о банкротстве (п. 2 ст. 71, п. 3 ст. 100 Закона о банкротстве).

Вместе с тем в соответствии с п. 10 ст. 16 Закона о банкротстве разногласия по требованиям кредиторов или уполномоченных органов, подтвержденным вступившим в законную силу решением суда в части их состава и размера, не подлежат рассмотрению арбитражным судом в деле о банкротстве, за исключением разногласий, связанных с исполнением судебных актов или их пересмотром.

На этом основании, если судебным актом суда общей юрисдикции, на котором основано заявленное в деле о банкротстве требование другого кредитора, разрешен вопрос о правах и обязанностях лиц, участвующих в деле о банкротстве, конкурсные кредиторы, уполномоченный орган и арбитражный управляющий вправе обжаловать указанный судебный акт в соответствии с нормами ГПК РФ.

В случае пропуска названными лицами срока на обжалование судебного акта суд вправе его восстановить применительно к ст. 112 ГПК РФ".

Формулировка ВС РФ "разрешен вопрос о правах и обязанностях" является более жесткой, чем подход ВАС РФ ("косвенно затрагиваются права и обязанности"), однако случаев отказа в обжаловании именно по этой причине не обнаружено. Практика судов общей юрисдикции показывает, что разъяснения Пленума ВАС РФ и Президиума ВС РФ перечисляются в них через запятую, т.е. суды общей юрисдикции фактически рассматривают их как одинаковые (напр., апелляционное определение Московского городского суда от 22.12.2015 по делу N 33-47001/2015).

Имеется положительная практика защиты прав конкурсных кредиторов при апелляционном обжаловании и в Московском областном суде (апелляционные определения Московского областного суда от 26.02.2014 по делу N 33-3074/2014, от 19.02.2014 по делу N 33-3900/2014).

2. Из текста разъяснений высших судебных инстанций следует, что для успешного обжалования необходимо наличие следующих факторов:

  • лицо, обращающееся с апелляционной, кассационной жалобой, должно иметь статус конкурсного кредитора по делу;
  • основаниями для обращения в суд могут быть два обстоятельства: 1) недостоверность доказательств, положенных в основу судебного акта, 2) ничтожность сделки, на которой базируется взыскание.

Недостоверность доказательств можно понимать в узком смысле - как фальсификацию договора, на котором основываются требования, подложность подписи на векселе; а также в более широком смысле - как искажение в их содержании реальных фактических обстоятельств.

В настоящем случае недостоверность доказательств в широком смысле слова могла бы иметь место в том случае, если бы было доказано, что долг Учредителя должника на дату вынесения решения был полностью или частично погашен либо срок действия поручительства истек, в связи с чем спорные суммы не могли быть взысканы с Должника в 2016 году.

Ничтожность сделки означает ее недействительность независимо от наличия судебного акта о признании ее недействительной (в отличие от оспоримых сделок, составы которых предусмотрены Законом о банкротстве - см. раздел 1). В связи с этим в апелляционной жалобе не могут заявляться ссылки на недействительность сделки в связи с ее несоответствием п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве; вместо этого следует указывать на наличие признаков злоупотребления правом (ст. 10, 168 ГК РФ), мнимости или притворности сделки (ст. 170 ГК РФ) и т.д.

Относительно доказывания сделки ничтожной как совершенной с целью злоупотребления правом см. п. 1.2.

Важно отметить, что для возражений о ничтожности сделки не применяется срок исковой давности (п. 71 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Следовательно, в апелляционной или кассационной жалобе могут содержаться ссылки на ничтожность заключенных договоров поручительства, независимо того, какой датой датируются данные договоры.

В целом, механизм обжалования "чужих" судебных актов следует считать работающим (с учетом вышеуказанного недавнего разъяснения Верховного Суда РФ - и в судах общей юрисдикции) и потенциально возможным для использования в случае банкротства Должника.

 

 

ГЛАВА 3. АРЕСТ В СИЛУ ЗАЛОГА ("арестантский залог") в деле о банкротстве

1. С 01.07.2014г. вступили в силу изменения в Гражданский кодекс РФ в части залогового права, в частности, введен пункт 5 статьи 334 ГК РФ следующего содержания:

"Если иное не вытекает из существа отношений залога, кредитор или иное управомоченное лицо, в чьих интересах был наложен запрет на распоряжение имуществом (статья 174.1), обладает правами и обязанностями залогодержателя в отношении этого имущества с момента вступления в силу решения суда, которым требования таких кредитора или иного управомоченного лица были удовлетворены".

Исходя из изложенного, в настоящее время, согласно гражданскому законодательству, залог возникает по трем основаниям: 1) из договора; 2) из закона (например, залог строящегося объекта и земельного участка в пользу участников долевого строительства, залог товара при его продаже в кредит и т.д.), 3) из ареста (запрета на распоряжение имуществом).

Допустимость нормы о залоге в силу ареста может быть легко обоснована не только ссылкой на опыт европейских стран, откуда данный институт был заимствован, но и сходством таких отношений с залогом.

Сам по себе залог также является несправедливым, поскольку приводит к обособлению части имущественной массы в пользу одного "сильного" кредитора (в 99% случаев - банка), выторговавшего такие условия в ходе переговоров, при отсутствии согласия остальных кредиторов. В дальнейшем залоговый кредитор имеет приоритет в деле о банкротстве и вправе претендовать на 70-80% стоимости обособленного имущества, а другие кредиторы лишаются того, на что они могли бы рассчитывать при отсутствии залога. Следовательно, залог порождает исключение из принципа равенства конкурсных кредиторов.

Залог в силу ареста отличается от изложенной ситуации лишь тем, что "силу" кредитору придают не переговорные возможности, а его активная позиция в судебном разбирательстве или исполнительном производстве. Существо же остается тем же - действует принцип "право защищает активных", т.е. "успеть" быстрее других наложить арест должно влечь те же последствия, что и "успеть" первым добиться согласия должника на залог его имущества.

Таким образом, воля законодателя очевидна и заключается в том, чтобы наложение ареста влекло за собой возникновение залога.

2. Анализ законодательства показывает, что запрет на распоряжение имуществом в пользу кредиторов возможен в следующих случаях:

  • при принятии судом обеспечительных мер в рамках гражданского или арбитражного дела (гл. 8 АПК РФ, гл. 13 ГПК РФ);
  • при принятии судом мер по обеспечению исполнения судебного акта (ст. 100 АПК РФ);
  • при наложении судебным приставом-исполнителем ареста, введения ограничения распоряжения имуществом (ст. 68 Федерального закона от 02.10.2007 N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве").

Наиболее распространенный вопрос, связанный с применением данной нормы, касается того, может ли арест, накладываемый судебным приставом-исполнителем, приводить к возникновению залога. Сомнения могут возникать по двум причинам: 1) в п. 5 ст. 334 ГК РФ сказано, что залог возникает с даты вступления в силу решения суда, однако судебный пристав-исполнитель накладывает арест уже после вступления такого решения в силу, на стадии его исполнения, т.е. из буквального толкования получается что арест возникает "задним числом"; 2) с психологической точки зрения, достаточно сложно придавать распоряжениям пристава силу, дающую столь значимые преимущества одним кредиторам перед другими.

В п. 5 ст. 334 ГК РФ не уточняется, какой именно арест приводит к возникновению залога, однако имеется отсылка к ст. 174.1 ГК РФ, в которой речь идет о "запрете на распоряжение имуществом должника, наложенном в судебном или ином установленном законом порядке в пользу его кредитора или иного управомоченного лица".

Более того, в п. 94 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" указано, что положения пункта 5 статьи 334 ГК РФ следует понимать таким образом, что право на иск об обращении взыскания на арестованное имущество возникает не ранее даты вступления в силу решения суда. Для ареста, наложенного судом или судебным приставом - исполнителем, такой датой считается дата наложения ареста, а в отношении имущества, права на которое подлежат государственной регистрации, - дата внесения в соответствующий государственный реестр записи об аресте (прим. другими словами, в данном случае Пленум ВС РФ переформулировал неудачную редакцию п. 5 ст. 334 ГК РФ и сказал, что залог возникает не с даты вступления в силу решения, а не ранее такой даты (т.е., возможна и ситуация, когда он возникнет позже этой даты)).

Следовательно, судебная практика напрямую закрепляет возможность возникновения залога на основании актов судебного пристава-исполнителя об ограничении распоряжения имуществом. В случае ареста недвижимости право залога возникает с момента его регистрации в ЕГРП.

3. Вместе с тем, изучение еще лишь начавшей формироваться судебной практики показывает, что позиции арбитражных судов округов по вопросу включения в реестр требований кредиторов, в пользу которых наложен арест, как залоговых разошлись.

В частности, в трех арбитражных округах (из 10) возобладал о том, что правила п. 5 ст. 334 ГК РФ в банкротстве не применяются (постановление Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 03.02.2016г. по делу № А70-4645/15, постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 17.02.2016г. по делу № А56-71504/13, постановление Арбитражного суда Уральского округа от 15.12.2015г. по делу № А60-19816/14).

Наиболее полное обоснование данной позиции приведено в постановлении Арбитражного суда Уральского округа от 15.12.2015г. по делу № А60-19816/14, в котором указано, что при наличии у должника признаков несостоятельности введение процедуры банкротства является особым способом принудительного исполнения признанных обоснованными требований кредиторов к должнику. Порядок, условия и основания такого особого порядка исполнения подробно регламентируются нормами законодательства о банкротстве, которые являются специальными по отношению к общим нормам гражданского законодательства и законодательства об исполнительном производстве.

Данный подход, возможно, объясняется тем, что некоторым банкротным судьям достаточно сложно принять тезис о том, что определения суда о наложении обеспечительных мер (а тем более, постановления судебного пристава) могут давать приоритет одним из кредиторов в деле о банкротстве (прим. возможно, не последнюю роль в этом играет понимание того, каким образом достигается на практике получение обеспечительных мер в судах. Что касается судебных приставов-исполнителей, то в обществе имеется представление о них как о наименее привилегированной части правоохранительной системы).

Вместе с тем, значение и существо залога, как и любого иного способа обеспечения обязательств, проявляется исключительно в случае банкротства должника. Залог был создан и существует на случай банкротства должника, поскольку при наличии имущества для удовлетворения всех кредиторов (т.е. состоятельности должника) нет смысла обособлять какое-либо имущество: в таком случае все кредиторы могут получить причитающееся им в ходе исполнительного производства (или даже без исполнительного производства, путем предъявления исполнительного листа в банк).

Следовательно, позиция о том, что правило об "арестантском залоге" не действует в деле о банкротстве, фактически отрицает само возникновение залога в силу ареста.

Однако далеко не все суды восприняли указанный вывод.

Так, обратная позиция выражена в постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 17.09.2015г. по делу № А55-27454/14. Определением судьи Верховного суда РФ от 11.01.2016г. отказано в передаче дела для рассмотрения в кассационном порядке и дана оценка рассматриваемому вопросу, в связи с чем данный судебный акт следует считать наиболее актуальным на данный момент (прим. имеется также определения об отказе в передаче вышеупомянутых отрицательных дел № А56-71504/13, А60-19816/14, но в них судьи ВС РФ уклонились от оценки позиции о невозможности возникновения залога в банкротстве, указав лишь на правильность выводов судов в остальной части. Очевидно, что рано или поздно ВС РФ придется полноценно высказаться по данному вопросу).

В данном деле суд отменил судебные акты нижестоящих судов, отказавших во включении требований кредитора как залоговых на основании ареста, указав, что ими не учтены положения п. 5 ст. 334 ГК РФ о возникновении прав залогодержателя в силу закона в связи с принятием обеспечительных мер судом общей юрисдикции.

Поддерживая суд кассационной инстанции, судья ВС РФ указала: "Доводы заявителей кассационных жалоб фактически сводятся к обоснованию неправомерности применения положений пункта 5 статьи 334 Гражданского кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел о банкротстве, что является ошибочным, поскольку основаны на неправильном толковании положений действующего законодательства в сфере несостоятельности (банкротства)".

Аналогичная практика наблюдается и на уровне апелляционных судов (постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 13.10.2015 по делу N А11-2803/2014).

Таким образом, наиболее авторитетный ответ судебной практики в настоящее время содержится в отказном определении ВС РФ и сводится к сохранению залога при рассмотрении дела о банкротстве и возможности включения в реестр в качестве залоговых кредиторов тех лиц, в пользу которых приняты обеспечительные меры.

Следовательно, такой кредитор вправе установить свои требования в реестре как залоговые и претендовать на 70-80% от стоимости предмета залога, независимо от размера требований остальных кредиторов (ст. 138 Закона о банкротстве).

4. В судебной практике не обнаружены дела, в которых в реестр включались бы как залоговые кредиторы взыскатели по исполнительным производствам, в пользу которых наложен арест судебным приставом-исполнителем.

Несмотря на то, что, как было показано выше, запрет на распоряжение имуществом, исходящий от судебного пристава-исполнителя, порождает залог в той же мере, что и обеспечительное определение суда, следует учитывать следующее обстоятельство.

Согласно п. 1 ст. 63 Закона о банкротстве с даты вынесения арбитражным судом определения о введении наблюдения приостанавливается исполнение исполнительных документов по имущественным взысканиям, в том числе снимаются аресты на имущество должника и иные ограничения в части распоряжения имуществом должника, наложенные в ходе исполнительного производства.

Следовательно, суды могут посчитать, что снятие ареста в связи с введением наблюдения влечет за собой прекращение залога, что влечет за собой отказ в признании требований обеспеченных залогом.

Между тем, если последовательно проводить данную позицию, то получится, что и залоговые требования, установленные в наблюдении на основании судебных определений об обеспечении иска, также должны будут утратить свой залоговый статус после введения конкурса, поскольку, согласно ст. 126 Закона о банкротстве, признание должника банкротом и введение конкурсного производства прекращает любые аресты, в том числе введенные на основании судебных обеспечительных мер. Окажется, что установление требований в наблюдении как залоговых производилось судами без допущения мысли о реализации кредитором в последующем прав залогодержателя, что абсурдно по своей сути.

Вывод о том, что при снятии ареста в силу режимов Закона о банкротстве залог (в том числе, наложенный судебным приставом-исполнителем) не отпадает, поддерживается авторитетными юристами, которые участвовали в разработке соответствующих поправок в ГК РФ, в т.ч. проф. Бевзенко Р.С.

Кроме того, как подчеркивалось выше, установление залога на основании ареста имеет практическое значение лишь при банкротстве должника, поэтому обратная точка зрения представляется некорректной и лишает п. 5 ст. 334 ГК РФ ее смысла.

На наш взгляд, в отсутствие сложившейся судебной практики по вопросу квалификации требований кредитора, в пользу которого принято постановление пристава-исполнителя, имеются шансы обосновать необходимость включения требований Заказчиков как залоговых (при условии регистрации арестов, наложенных в интересах Заказчика2, Заказчика3, в ЕГРП).

По всем вопросам, связанным с предоставлением услуг, просьба связываться по телефонам: +7 495 225-74-27, +7 495 225-74-28, +7 495 225-77-83 или по e-mail: Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

Юридические услуги